Женский журнал
WomenMagazine.ruДобавь в закладки!Форум

Фламенко по-турецки: Фламенко по-турецки (глава 10)


Тема: Истории / Фламенко по-турецки
ТУРЕЦКИЕ СТРАСТИ

Глава десятая. Старые песни о новом

   смаил-бей, - закричала я, - я видела, кто убил. Немедленно сделайте что-нибудь, пока он не испарился. Ему нужно взять из квартиры только сумку, наверное..

-Успокойтесь, Фэриде, за вашим бывшим приятелем наблюдают круглые сутки.

-При чем тут Олег! Стрелял человек, снимавший квартиру напротив них. Это он – убийца!

Исмаил-бей посмотрел на меня с некоторым недоверием, но спорить не стал и отдал какие-то приказания по телефону. А я обессилено плюхнулась в шезлонг и закурила.

Конечно, логично было бы Олегу застрелить свою пассию, судя по разговорам, она его достала. Но ведь он мог и нанять кого-нибудь. В случае с Алексеем я была уверена на сто процентов: киллера нанял Олег. Почему бы ему не заказать еще одно убийство? Может быть, в их криминальном мире оптовым заказчикам тоже делают скидки?

Яхта причалила к берегу и Исмаил-бей быстро подошел ко мне.

-Дорогая, мне придется вас оставить на некоторое время. Понимаю, вам хотелось бы многое увидеть своими глазами, но сейчас это просто опасно для жизни.

-А как же вы?

-Я мужчина, способный постоять за себя, и к тому же обладаю определенной властью в этом городишке. Вас же я оставляю под очень надежной охраной. Поезжайте на виллу и ждите меня там. Я прикажу: вам вызовут массажистку, маникюршу, парикмахера, если пожелаете. Вплоть до духового оркестра – только прикажите. Но я прошу вас быть хорошей девочкой и смирно посидеть несколько часов дома. Вы мне обещаете?

-Обещаю, - кивнула я. – К тому же, как вы говорите, будет охрана.

-Охрана охраной, но мне нужно ваше обещание.

-Вы его получили.

-Тогда – до встречи. Не уверен, что это произойдет скоро, но когда произойдет, клянусь, я полностью введу вас в курс дела. А уж там посмотрим на обстоятельства.

Конечно, мне очень хотелось поехать с Исмаил-беем. Но, с другой стороны, там так или иначе появится Олег – а вот эта встреча в мои планы никаким боком не входила. Пока.

К тому же мне было его элементарно жалко: что ж человек за сорок почти лет так и не научился деликатно избавляться от надоевших женщин? Одну любовницу как бы отправил на тот свет, вторую… Это ведь и в привычку может войти.

На вилле меня, естественно, встретили, как королеву, и стали ублажать всеми возможными способами: массаж, питательная маска, маникюр, педикюр, прическа. С таким сервисом любая мало-мальски привлекательная женщина может стать если не «Мисс Мира», то «Мисс Турция» - это уж точно. Так что несколько часов вместо томительного ожидания я провела неожиданно приятно. Прошу прощения за невольный каламбур.

Потом я устроила себе экскурсию по платяному шкафу и выбрала длинное платье благородного темно-зеленого цвета с открытыми плечами. К нему полагался – Восток все-таки! – длинный шарф чуть светлее по тону. И как раз когда я закончила развлекаться улучшением своей персоны, меня позвали к телефонному аппарату в гостиной. Звонил Исмаил-бей.

-Дорогая, боюсь, вам придется сюда приехать. Я старался уберечь вас от роли свидетельницы, но теперь без этого уже не обойтись. Надеюсь вам удалось отдохнуть и вы не слишком скучали.

-Я вообще не скучала и полна сил и энергии. Но в качестве свидетеля нужна Фэриде или Виктория?

-Думаю, сегодня – Фэриде. Викторию мы пока трогать не будем, а то у полицейских в голове образуется настоящая каша. Машина ждет у подъезда.

В машине, кроме шофера, естественно, торчал телохранитель. Я уже начинала привыкать к этому высокому, чрезвычайно молчаливому турку, который исхитрялся почти девяносто процентов информации доносить до собеседника в виде жестов и мимики, а слова, причем очень немногие, произносил только в случае чрезвычайно необходимости.

-Вы знаете, куда ехать? – спросила я обоих сопровождающих.

И шофер, и телохранитель синхронно кивнули. Ну и прекрасно. В любом случае, отвезут меня к Исмаил-бею, а где он в этот момент находится – не суть столь важно. Дольше сдерживать свое любопытство я уже просто не могла.

Машина скользнула вдоль ярко освещенных улиц и полутемных переулков и подъехала к тыльной стороне какого-то здания.

-Полиция, - обронил телохранитель, помогая мне выйти из машины.

Ну вот, наконец-то и я удостоилась… Говорят же, от тюрьмы и от сумы…

Оказывается, все, кто мог собрались в кабинете начальника полицейского участка – шерифа по-иностранному, - и решали сложный вопрос: кто, кого и когда заказал. Главным персонажем в этом действии был тот самый мужчина, который снимал квартиру напротив моих несостоявшихся апартаментов. Выделяло его из других еще и то, что на нем – единственном – красовались наручники. Я поискала глазами Олега, но его пока, видимо, то ли не привезли, то ли приберегали на десерт.

-Повторите при даме, - заговорил переводчик то, что ему, видимо, велели сказать при моем появлении. – За что вы убили администратора ресторана?

-Я не собирался его убивать. Все вышло совершенно случайно. Мне нужно было только забрать у него какую-то посылку. Я видел, как эту посылку передала ему молодая женщина, наша, русская туристка.

-Вы были знакомы с этой молодой женщиной?

-Шапочно. Некоторое время жили в квартирах напротив друг друга, потом она уехала.

-Куда?

-Об этом мне не докладывают. Уехала и все.

-А зачем вы пытались запугать ее запиской о том, чтобы она уезжала немедленно?

-Чтобы она сделала свое дело и побыстрее оттуда выметалась. Мой заказчик собирался жить в этой квартире с совсем другой дамой.

-А как погром устроили в ее квартире, видели?

-Я видел, как кто-то вошел, но не придал этому значения. А потом понаехала полиция, меня в свидетели хотели определить, так зачем мне это? У меня были другие планы.

-Убить администратора?

-Говорю же вам, не собирался я его убивать. Он отказался передать мне посылку, сказал, что сам знает, как ею распорядиться. Уговаривать мне его было некогда, кругом люди, каждую минуту кто-то может войти в кабинет. Так что я взял посылку и ушел.

-Предварительно, сломав ему шею?

-А по-другому не получилось.

-И что вы сделали с посылкой?

-Передал заказчику, что же еще?

Я сидела тихо, как мышь, боясь пропустить хоть одно слово. Пускай только сутки, но я находилась непосредственно рядом с убийцей. Как удачно вышло, что в качестве орудия для моего устранения они выбрали самолет со взрывателем! Могли ведь и шею сломать, и пристрелить. Хотя… возись потом с трупом русской туристки, это же и так ЧП на весь город.

-Он вам заплатил?

-Дал аванс. Остальное я должен был получить после того, как уберу его конкурента. Ну, теперь все в надежном месте, старость я себе обеспечил. Отсижу свое – и свободен.

-Вас не смущает то, что сидеть-то будете довольно долго?

-А я терпеливый. И вообще мне до сих пор везло. А вот с бабой – надо же так проколоться. За нее уж точно ничего не заплатят, хотя должны были бы.

-Вас не смущало, что три убийства в одном маленьком городке – это чересчур?

-Не ожидал, что меня так быстро схватят, мне каких-то получаса не хватило, чтобы из города убраться. Взять сумку с личными вещами, документы – и в аэропорт. У меня билет с открытой датой. Пока бы вы тут искали… Я же не в гостинице регистрировался.

-А зачем нужно было селиться дверь в дверь с жертвой?

-Кто же знал, что она тоже там появится? По расчетам моего клиента, они должны были номер снять в каком-нибудь отеле, или половину виллы. Значит, денег пожалели.

«Жадность фраера сгубила», – подумала я. – «И в этом весь Олег. Десятки тысяч киллеру, сотня – экономия на чем угодно. Нет, никогда мне не понять этого человека. Даже пытаться не буду».

В этот момент зазвонил телефон. Начальник полиции взял трубку, и тут же подобострастно передал ее Исмаил-бею. Только этой сценки было достаточно, чтобы понять, кто же на самом деле руководит всеми процессами в этом городишке. Исмаил-бей сказал несколько фраз, положил трубку и повернулся ко мне:

-Ну вот, сейчас привезут вашего знакомого. Оказывается, он у меня в офисе дожидался, когда я появлюсь. Твердил, что у него дело лично ко мне и больше ни с кем он разговаривать не будет. Вот сейчас и поговорим – сразу и при свидетелях. Кстати, о гибели своей любовницы он еще не знает, так что комбинация может получиться занятная. А этого многопрофильного киллера пока заприте где-нибудь понадежнее. Нельзя на одного человека столько плохих новостей выплескивать. Нервы не выдержат.

Мужика в наручниках увели куда-то вглубь помещения.

-Даже если бы вы, уважаемая Фэриде-ханум, не видели собственными глазами снайпера, у вашего приятеля все равно стопроцентное алиби: его видели все сотрудники моего офиса до, во время и после момента убийства. Тут он чист, как слеза ребенка. Кстати, я тут рассказал то, что вы видели, не сочтите за труд письменно подтвердить. Просто распишитесь на протоколе, как вы обычно расписываетесь.

Отчего же не расписаться? Я поставила свой автограф под текстом на сугубо турецком языке, а про себя подумала, что вполне могла сейчас завизировать собственное лишение свободы лет эдак на пяток. В этой же бумаге могло быть все, что угодно, вплоть до брачного договора с Исмаилом-бей эфенди. Кажется, правда, на мое счастье у него не так сильно развито воображение, как у меня.

И в этот момент привезли Олега. Как говорится, «вот и встретились, вот и свиделись, на перроне вчерашнего дня». Я рассматривала этого высокого, атлетически сложенного молодого мужчину с очень короткой прической, почти ежиком и неизменных очках в тонкой стальной оправе и думала: такой роскошный экземпляр гомо-сапиенса оказался преступником. Жалость-то какая!

Интересно, когда он спал со мной в Москве, он уже прокручивал в уме эту комбинацию? Или все это было чистой импровизацией, под воздействием его возлюбленной? Спросить бы – да разве он сознается.

-Так зачем вы так хотели со мной увидеться, уважаемый? – спросил его Исмаил-бей.

-Это – приватный разговор. Тем более неуместный сейчас, когда мы с вами в полицейском участке.

-Боюсь, что у полицейских накопилась к вам масса вопросов. Вы знаете, что пару дней назад застрелили вашего соотечественника?

-Что-то краем уха слышал, - пожал плечами Олег. – Да, не повезло бедняге.

-Краем уха? Интересно? Вы звоните ему, назначаете встречу, между прочим, у нас тому есть свидетели, а вместо себя присылаете киллера. Или сами не погнушались курок спустить?

-У меня нет оружия, - надменно улыбнулся Олег.

Чистая правда, между прочим. Оружие ему было ни к чему. Как-то в пылу откровения он признался, что прошел какой-то особый курс самозащиты и теперь голыми руками за пять минут может трех человек уложить. Это лично. А если свистнет своим подчиненным…

-К тому же, - продолжал он, - меня и в Кемере-то в это время не было, я находился со своей подругой совсем на другом конце залива. Это легко проверить, мы жили в отеле.

-Когда - тогда? – цепко спросил один из полицейских, по-видимому, следователь.

-Во время убийства, естественно.

-А откуда оно вам известно?

-Вы же сами сказали…

-Извините. Я сказал: «пару дней назад», а не назвал точного времени.

-До утра позавчерашнего дня я был в Алании. И только потом приехал в Кемер. Через сутки ко мне присоединилась подруга, она может подтвердить.

-Так все-таки, зачем вы звонили Алексею Варенцову?

-Разве все звонки можно запомнить! Наверное, какие-то дела.

-Вы вызываете его на встречу, находясь совершенно в другом городе, потом приезжаете в Кемер и даже не делаете попытки узнать, что с вашим деловым партнером.

-У меня было много других дел. Знаете, по-моему, вы занимаетесь ерундой. Хотя бы потому, что у меня стопроцентное алиби. Я вообще никого не убивал.

-А вот эту игрушку узнаете? Подождите, впрочем, отвечать, мы упустили одну досадную формальность. Вам придется дать отпечатки пальцев.

-Вы упустили еще и то, что я разговариваю с вами в отсутствии адвоката. А это – незаконно.

-Возможно, в России и незаконно. Но наши люди не настолько богаты, чтобы обращаться к адвокату лишь для того, чтобы в его присутствии у них сняли отпечатки пальцев.

Олег пожал плечами и предоставил свои руки в распоряжение эксперта, а потом долго и брезгливо обтирал руки сначала бумажными салфетками, а потом собственным платком.

-Теперь вернемся к игрушке, - продолжал неугомонный следователь и выложил на стол несколько фотографий серебряного ларчика. – Узнаете?

-Первый раз в жизни вижу.

-Тогда почему на шкатулке ваши отпечатки?

Олег чуть-чуть побледнел и прикусил губу. Понятно, что всего не предусмотришь, но ведь шкатулка должна была исчезнуть вместе со мной. Раствориться в безбрежном небе, утонуть в бескрайнем море. И вот – здравствуйте вам!

Пауза затянулась. Мне невольно вспомнилась любимая у меня на родине картина «Семнадцать мгновений весны». Там Штирлицу удалось блистательно доказать, каким образом его «пальчики» оказались на чемодане русской радистки и никогда еще он не был так близок к провалу. Так то Штирлиц! А как выпутается из ситуации Олег? Даже интересно.

-Возможно, я брал эту вещь в руки в каком-нибудь сувенирном магазине, - сказал он наконец. – Все не упомнишь. Кажется, это довольно дорогой магазин серебряных изделий где-то в центре, но не уверен. Я только не понимаю, при чем тут вообще эта штуковина с отпечатками или без отпечатков.

-Ее передал вашей… знакомой администратор ресторана «Адмирал». Припоминаете такого? В обмен на посылку от вас.

-Никаким администраторам я никаких посылок не посылал. А кто и что получает в подарок из числа моих подруг, меня просто не касается.

-А у вас много подруг?

-А вот это уже вас не касается, - отрезал Олег.

-Верно. Это касается вас, поскольку одна из них получила от вас в подарок, пусть и через администратора, эту прелестную шкатулочку. Все бы ничего, только в шкатулке была радиоуправляемая взрывчатка. Кто-то нажал на кнопку тогда, когда самолет летел над Черным морем. Вы об этом ничего не слышали?

-Абсолютно ничего.

-Допустим. Но вот эту женщину хотя бы узнаете?

Следователь показал Олегу несколько фотокарточек, на которых была запечатлена моя персона: возле почты, на улице, в ресторане с администратором.

Последовало долгое молчание. Олег, очевидно, лихорадочно соображал, что ему выгодно: признавать знакомство со мной или нет. Здесь, в Кемере, нас вместе никто не видел, но я жила в квартире, которую снимал Олег. До этого легко докопаться и будет, мягко говоря, неприятно.

Сознаться? Совсем плохо, потому что никаких запасных вариантов предусмотрено не было, так как меня просто на определенном этапе вышибли из игры и думать забыли. Втихаря я его даже пожалела: такой переплет даже Штирлица бы озадачил.

-Да, я ее знаю. Мы встречались в Москве, решили вместе отдохнуть в Турции, но в дороге поссорились, она поехала на ту квартиру, которую я для нас снял, а я – на другую сторону залива. Вот и все, больше я ее с тех пор не видел.

-Но перезванивались?

-Она мне не звонила.

-А вы ей?

Опять пауза. Процесс пошел совсем не так, как предусматривалась и виной всему оказалась, конечно же, я. Погибла бы в авиакатастрофе – и ладушки, никаких сложностей. Нет, выкрутилась, и торчала из всех прорех этого дела как ржавая колючая проволока. Если бы сила мысли могла убивать, думаю, за эти несколько минут Олег трижды отправил меня на тот свет самым изощренным образом. Всегда все зло от женщин!

-Может быть, и звонил, - неохотно ответил Олег. – Сейчас уже и не помню. У меня там появилась другая подруга.

-А как же вы узнали, что прежняя ваша пассия квартиру освободила?

-Значит, звонил. Сказал, что не приеду. А одной ей тут, наверное, показалось скучно. Билет у нее с открытой датой, взяла – и улетела.

-Вы ее не провожали?

-Нет, конечно.

-Она благополучно добралась до Москвы?

-Меня это уже мало волнует. Наши отношения себя исчерпали.

-А вы не собирались на ней жениться.

-Я женат.

-Жена осталась в России?

-Да, она не любит жару, сейчас отдыхает у своих родителей под Санкт-Петербургом.

-Она знает, что вы отдыхаете не один?

-По-моему, это не имеет отношения к делу.

-Отвечайте, пожалуйста, на вопрос.

-Возможно, догадывается. Но она не ревнива.

-Настолько не ревнива, что заказала убийство вашей любовницы?

-Что?!

-Между прочим, очень по-семейному у вас это получилось. Киллер, конечно, профессия редкая, его найти трудно. Так что вы обратились к услугам одного и того же человека, и оба заказа он выполнил.

-Оба?

-Именно. Алексей застрелен по вашей «заявке», а его жена и одновременно ваша любовница – по заданию вашей жены.

-Что за бред!

-Увы, уважаемый, тяжелая реальность. Впрочем, возможно, любовницу вы убили сами. Вы же ей угрожали всякими неприятностями, если она не перестанет лезть в ваши дела.

-Я не убивал Анну. И хочу сказать, что моя жена не способна нанять киллера. Для этого у нее нет ни денег, ни связей. И вообще она просто домохозяйка с очень средним образованием. Так что ни она, ни я, убийства Анны не заказывали. Мне это даже с точки зрения бизнеса невыгодно.

-И не пытались убить Викторию?

-Это еще кто?

Ну, это уже он переборщил, такой забывчивостью страдать непростительно. Не думаю, что весть об убийстве любовницы так уж его потрясла, мою предполагаемую кончину он перенес стоически. Но Олег, по-видимому, и сам понял, что погорячился и отрицает уже то, что отрицать просто глупо.

-Я хотел просто пошутить.

-То есть?

-Виктория боялась летать самолетом, а тут в салоне раздался бы довольно громкий хлопок. Паника, визги, то-се, а я на нее был очень сердит.

-Как-то все это несерьезно. К тому же специалисты установили, что этот «хлопок» разнес бы самолет вдребезги. Неужели вы об этом не знали?

-Не знал. Значит, шкатулку отобрали на таможне?

-Вы удивительно догадливы.

-Так Виктория жива?

Я затаила дыхание. Неужели это его еще волнует? Он, конечно, не мог себе представить, что я не только жива, но еще и сижу в углу комнаты в нескольких метрах от него. Может быть, пора снимать маски? Поиграли – и будет.

-Жива. Как и все остальные пассажиры самолеты. Но вас мы вынуждены задержать за попытку совершения террористического акта.

-Никто же не пострадал!

-По нашим законам вы все равно подпадаете под уголовную ответственность. И не только по этому делу. Вы ведь организовали убийство еще одного человека. Вашего партнера по бизнесу застрелили по вашему заказу. И мы крайне легко можем это доказать.

-Да? И каким же образом?

-Устроить вам очную ставку с киллером.

-Боюсь, вам это не удастся. Даже если он существует, он давно бы уже был за пределами вашей страны.

-Был бы. Но у него оставался еще один заказ. И он задержался, чтобы его выполнить. Но ему не повезло, его взяли прямо на месте преступления. Тут вам нет нужды доказывать свое алиби: во время убийства вы сидели в офисе у уважаемого Исмаила-бей эфенди.

Следователь отвесил поклон в сторону Исмаил-бея. Довольно подобострастный, должна заметить.

-Кстати, что за дело у вас ко мне, молодой человек? – вмешался Исмаил-бей?

-Я бы не хотел обсуждать это при свидетелях. Оно касается только вас и меня.

-Интересно. Что ж, я человек любопытный, думаю, господин начальник полиции разрешит нам поговорить несколько минут с глазу на глаз.

-Как вам угодно будет приказать, Исмаил-бей эфенди, - снова поклонился начальник полиции.

Интересно, если бы Исмаил-бей потребовал немедленно отпустить Олега? Все тут же кинулись бы выполнять это его приказание? Занятно, однако. До сих пор я такое только в заграничном кино видела.

Олег с Исмаил-беем удалились в соседнюю комнату, а я вдруг подумала о том, что и о несчастной Анне, судя по всему, давней любовницы и партнерши в делах, мой бывший друг тоже переживал не особенно сильно. Насколько я его знаю, его взбесила инициатива неизвестного ему человека, который осмелился посягнуть на нужную ему женщину. Да, подлянку ему, конечно, кто-то подстроил грандиозную.

Ну, и еще у него совершенно не вызвало восторга то, что я осталась целой и невредимой. Вряд ли он мог рассчитывать на то, что после такого фортеля я буду относиться к нему по-прежнему нежно. Впрочем, если он задержится в Турции на неопределенное время, мне вообще незачем к нему как-то относится.

Вообще-то говоря, я бы с удовольствием выпила сейчас чашечку крепкого кофе: день на море, свежий воздух, плаванье – я уже откровенно клевала носом.

-Могу я выйти на пять минут? – спросила я переводчика по-английски.

Тот тут же перетолмачил мою просьбу начальнику полицию.

-Ханум что-нибудь угодно? – осведомился начальник.

-Чашку кофе, желательно покрепче, и покурить, если тут это не возбраняется.

Судя по всему, для начальника полиции было неожиданностью, что дама, сопровождавшая Исмаил-бея, по-турецки не говорила. Но он быстро сделал вид, что дама, одета по-восточному, а говорит по-английски – это так и должно быть, и мгновенно перестроился. Так быстро, как если бы он каждый день сталкивался с подобными оригиналками.

-Как пожелаете, ханум. Можно принести сюда.

-Я бы предпочла еще и подышать свежим воздухом.

-Нет ничего проще. Сейчас вас проводят во внутренний дворик и тут же принесут кофе.

Мой телохранитель, о котором я совсем забыла, возник буквально из воздуха и молча проводил меня, куда ему было сказано. Внутренний дворик был скорее небольшим садом, где так же одуряюще, как и везде вечером, пахли южные цветы, на темном небе ярко сияли звезды, а где-то недалеко муэдзин с мечети призывал правоверных на вечерний намаз. Сказка! Вот жить бы так спокойненько, без всяких тайн, загадок и полицейских…

Вопреки моему ожиданию, кофе был великолепен, к нему мне принесли еще блюдо с какими-то сладостями, которые я оценила по достоинству. И сигарета в этом райском местечке курилась как-то особо приятно. В общем, на меня снизошла благодать или блаженство. А точнее, я сообразила, что все мои неприятности остались как бы позади и теперь можно оставшееся от отпуска время радоваться жизни по полной программе.

Мы еще не были в местном знаменитом «Луна-парке», не ездили на какие-то обалденные водопады с каскадами, только один раз как следует и потанцевали. Да и загар мог бы быть погуще, так что этому тоже нужно будет уделить больше внимания. Да что там загар: у меня не нашлось минутки, чтобы со вкусом походить по всяким магазинам и магазинчикам и подобрать сувениры для родственников.

-Фэриде-ханум, - услышала я голос Исмаил-бея, - где вы тут скрываетесь?

-Я не скрываюсь. Просто захотелось кофе с сигаретой.

-Надеюсь, вам оказали любезный прием?

-Более чем. Как ваши успехи?

-Блистательно. Мне предложили помочь замять дело за бриллиант. Жаль, бриллиант фальшивый. Теперь следователь допрашивает его на предмет спекуляции поддельными драгоценностями, а ваш приятель уже в категорической форме потребовал консула и адвоката.

-Прямо сейчас?

-Вот именно. Только вряд ли раньше утра мы кого-нибудь сможем ему предоставить. Ночь он точно проведет в камере.

-Неужели его могут отпустить?

-Похоже, он так считает. Но он еще не знает, что киллер у нас. И еще… не знает, что вы здесь.

-Думаю, об этом ему все-таки нужно рассказать. Только не сегодня. А то получится слишком много острых ощущений.

-Даже больше, чем вы думаете. Когда бригада осматривала труп его дамы, заодно сделали обыск во всей квартире. Просто потому, что так положено. Как я и предполагал, пять оставшихся камней тоже нашли.

-Бриллиантов?

-Точнее, стразов. Законом не запрещено иметь в квартире хоть мешок таких камешков, но он-то считает их бриллиантами и рассчитывает продать. А это уже – афера с драгоценностями.

-Интересно, сколько он получит по совокупности?

-Не знаю, дорогая. Но приложу все усилия к тому, чтобы этот срок он отсидел в Турции, в анатолийской тюрьме. Есть у меня грустное подозрение, что в России он слишком быстро выйдет на свободу, а он этого не заслужил.

-В России, судя по всему, он сидеть в тюрьме вообще не будет. У него достаточно денег, чтобы организовать себе персональную амнистию.

-Скорее всего, так и будет. А сейчас поедем-ка домой. Очную ставку с киллером будут проводить только завтра, сейчас все уже порядком вымотаны.

-Я сейчас прекрасно отдохнула.

-Вот и продолжите это чудесное занятие на вилле. Если не возражаете, я составлю вам компанию. К тому же мы еще не ужинали. Предпочитаете ресторан или поужинаем дома?

-Как скажете, Исмаил-бей, - потупилась я с наигранной скромностью.

-Иногда вы кажетесь такой восточной… - вздохнул Исмаил-бей. – Жаль, что недолго. Что ж, воспользуюсь ситуацией и приму решение сам: поужинаем дома.

Наверное, он действительно был прав. После кофе я почувствовала прилив энергии, но продолжать находиться на людях мне было бы не слишком легко. Так что мы благополучно укатили на виллу, где меня уже ждала чудесная ванна, роскошный домашний костюм и ужин на открытом воздухе. Помимо всего прочего, меня ждал еще и сюрприз.

-Кстати, те бриллианты, которые были в посылке, я продал. Настоящие, естественно. Деньги мои люди положат в Москве в надежный банк и я буду относительно спокоен за ваше будущее. Впрочем, наверное, разумнее положить деньги где-нибудь за границей: у вас очень странные финансовые правила.

-Да у меня никогда не было счета ни в каком банке. Только неделю назад кредитная карточка появилась.

-Фэриде-ханум, дорогая моя, у вас начинается совершенно новая жизнь. Так что привыкайте к ее реалиям.

-Про добрых фей я слышала… - задумчиво сказала я, отпивая глоток вина. – Но они, как правило, были женского рода. Добрый фей – это что-то новое. И почему деньги за бриллианты, которые мне в общем-то не принадлежат, вы так щедро отдаете мне?

-Причина проста: из элементарного чувства справедливости. Вы все-таки рисковали, получая эту посылку: вполне мог найтись кто-то дотошный, кто вскрыл бы ее на почте в поисках контрабанды. Во-вторых, без вас я никогда не разобрался бы в этом клубке русских мафиози, которые прицелились на часть моих владений. Самое интересное, они могли их получить, их бумаги в полном порядке, больше половины акций строящегося отеля, контрольный, так сказать, пакет был у них. Возможно, еще что-то было у жены Алексея, но с этим еще нужно разбираться. Теоретически их часть акций унаследует их сын, который сейчас доучивается в Швейцарии, но права Олега бесповоротно утрачены. Преступники не могут владеть частной собственностью на законных основаниях, государство просто конфискует его пакет.

-И…

-И пустит его в продажу с аукциона. Догадайтесь с трех раз, кто купит.

Я рассмеялась.

-Я могу даже догадаться, кто выкупит оставшиеся акции у сына Алексея и Анны.

Теперь рассмеялся и Исмаил-бей. Что ж, по его логике все выходило только справедливо. Но счет в иностранном банке – на кой он мне сдался?

Наверное, примерно это и было написано у меня на лице, потому что Исмаил-бей сказал уже совершенно серьезно:

-Мы ведь договорились, вы будете работать на меня, но в Москве. Но я не исключаю того, что ваша помощь понадобится мне, скажем, в Париже. Или в Мадриде. В общем, не забивайте себе голову ерундой, просто привыкайте пользоваться пластиковыми карточками, где бы вы ни находились. Вы быстро освоитесь, я уверен.

У меня слегка закружилась голова от открывавшихся передо мной перспектив. Новая работа, новая квартира, новый образ жизни и… полная свобода в личном плане. Конечно, в монастырь уходить я не собиралась, но… случаи-то всякие бывают.

Безнравственно? Безусловно, но повторю в двадцать пятый раз: лучше быть безнравственной, чем несчастной, тем более, что мой роман с Олегом тоже вряд ли можно считать образцом высокоморального образа жизни. Связь с женатым мафиози еще никого не украшала.

-Вы еще не хотите спать, дорогая? – спросил Исмаил-бей с легкой улыбкой.

-Хочу, - вернула я ему улыбку.

-Через пятнадцать минут приду пожелать вам спокойной ночи, хорошо?

-Чудесно!

Ну, он и пришел пожелать мне спокойной ночи. Когда какое-то время спустя я сладко засыпала в его объятиях, краем сознания пронеслась мысль, что если уж судьба развязывает мешок с подарками, то иногда они имеют свойство падать все сразу, причем на одного человека. Я, во всяком случае, была счастлива и умиротворена, как никогда в жизни.

Утром я проснулась в том же великолепном настроении, в каком засыпала, хотя Исмаила-бея в непосредственной близости не наблюдалось. Я тронула колокольчик и появившаяся горничная, которую я уже более или менее понимала, спросила, где я желаю завтракать: одна в спальне или на веранде с Исмаил-беем. Я выбрала последнее и сказала, что буду на веранде через десять минут.

Впопыхах я забыла вставить линзы и появилась на веранде без них. Исмаил-бей, ожидавший меня за столом, отложил газету и, привстав, поцеловал мне руку.

-Я соскучился по вашим настоящим глазам, дорогая. По-моему, маскарад пора кончать. Я ведь влюбился в русоволосую и сероглазую славянку, а обнимаю и целую какую-то восточную гурию…

-Которых у вас и без меня хватает, - закончила я за него фразу.

-Верно, - абсолютно серьезно подтвердил Исмаил-бей. – Парикмахер уже ждет, визажистка тоже, сейчас позавтракаем, вам вернут прежний вид и поедем развлекаться.

-В каком смысле?

-Во всех. Узнаем, чем закончится очная ставка вашего знакомого с нанятым им киллером, потом поедем в горы, на водопады, там нас будут ждать с обедом. Если пожелаете, могу взять вертолет и показать вам за пару часов всю Анталию…

Вот только высоты птичьего полета мне и не хватало! Боюсь я летать, боюсь! Если бы Бог хотел, чтобы мы летали, он дал бы нам крылья. С другой стороны, машины на дорогах разбиваются в сотни раз чаще, чем падают самолеты. И потом, если новая жизнь не закончится в Москве, так и не начавшись, мне, вполне возможно, доведется посмотреть белый свет вместе с Исмаил-беем. Тогда с фобиями и неврозами надо начинать бороться уже сейчас.

К тому же я почему-то была свято уверена, что рядом с Исмаил-беем со мной ничего не случится. В смысле, плохого. А вот хорошее, наоборот, очень даже может и произойти.

Так что я послушно направилась домой, где отдала себя в руки уже знакомых специалистов. Через некоторое время я увидела в зеркале лицо, которое, если честно, уже начинала забывать. Зато прическа была сделана рукой совершенно гениального мастера. Из тех самых тонких русых волос, средства борьбы с которыми предлагает масса рекламных роликов, мне сделали Нечто. После чего я пришла к выводу, что плохих волос не бывает в принципе, бывают люди, которые не умеют стричь и причесывать, или вообще причесываться самостоятельно не в состоянии.

Но одежду я все-таки предпочла пока еще восточную, хотя бы потому, что она была чрезвычайно удобна. Легкие шелковые шальвары, такая же легкая туника без рукавов и шарф на голову. На сей раз все это великолепие имело серебристо-опаловый цвет, который невероятно шел к моему новому-старому облику.

-Но звать я вас все равно буду Фэриде, - объявил Исмаил-бей, когда я предстала перед его очами. – Только теперь вы красивы естественной, а не сделанной красотой.

Ну, это он хватил! Без помощи мастеров я бы вряд ли поднялась выше уровня «Ничего, хорошенькая». А с их помощью – красавица.

-Только сюда нужно серебро, - заметил Исмаил-бей. – Рекомендую перед поездкой в полицейский участок посетить один симпатичный магазинчик, у них всегда есть что-нибудь оригинальные.

-Маме я сама что-нибудь куплю, - вскинулась я. – На свои деньги.

-Меня всегда умиляет ваше стремление к самостоятельности, дорогая, - усмехнулся Исмаил-бей. – Но вы же позволите мне сделать подарок лично вам.

Молчание – знак согласия. Препираться с этим человеком мне хотелось все меньше и меньше. Перевоспитываюсь, что ли? Недаром говорят: Восток – дело тонкое».

Магазинчик оказался не просто симпатичным – сказочным. Он сам выглядел, как серебряная шкатулка. И тут я сообразила, что могу, наконец, решить одну проблему, которая не давала мне покоя несколько лет.

Дело в том, что когда моя мама, классный специалист в области французского языка, еще работала, она в качестве переводчицы объездила чуть ли не полмира. Из одной такой поездки она и привезла мне в качестве подарка ко дню рождения серебряный браслет, ничего подобного которому я никогда не видела. Массивный и одновременно легкий, он был украшен, во-первых, серебряными медальонами со стилизованными изречениями из Корана, а во-вторых, какими-то удивительными оранжевыми камнями. Точнее, цвета пламени.

Сколько я потом ни искала камень такой расцветки или хотя бы что-то близкое, так и не нашла. Здесь, в Кемере, я браслет еще не надевала, хотя брала с собой именно с целью найти подходящий перстень к нему. Если в этом ювелирном музее не найдется ничего подходящего – проблему можно закрывать.

Пока хозяин и Исмаил-бей обменивались традиционными приветствиями, вопросами, ответами и пожеланиями, я молча осматривалась вокруг. Так уж сложилось, что к золоту я довольно равнодушна, но вот серебро, особенно то, что носят на руках в виде колец, браслетов и перстней – это моя непреходящая слабость. Так что сказать, что у меня разбежались глаза, значит – ничего не сказать. Я просто впала в какой-то транс.

Любое кольцо, любой браслет тут был настоящим произведением искусства. Конечно, в Кемере ювелирные магазины встречаются на каждом шагу, но это все были дешевые побрякушки для неприхотливых туристов. Ни разу у меня не возникло соблазна кое-что там приобрести.

Здесь же, клянусь, я скупила бы весь магазин или… обокрала бы его. В общем, несколько минут ушло на то, чтобы я взяла себя в руки и начала дышать более или менее нормально. И стала осматривать магазин уже спокойным взглядом с целью присмотреть сувениры родителям.

Для мамы я сразу присмотрела невероятной красоты цепочку с медальончиком – знаком ее зодиака. При желании медальончик можно было открыть и что-нибудь там сохранить, как делали раньше, например, локон любимого человека. Правда, с локонами у моего отца давно уже напряженка, то есть их почти уже нет, но с этим, думаю, они разберутся сами.

С отцом, конечно, было сложнее. Перстни и цепочки на запястьях мужчин он не признавал по определению, булавки для галстука терял через полчаса после того, как эту застежку надевал, не курил, не…не…не… Вот и придумывай подарок для такого человека!

Наконец, я увидела то, что могло бы порадовать моего родителя: миниатюрную фигурку средневекового рыцаря в доспехах, который сражался с серебряным же турецким янычаром. Купить решила обязательно, сколько бы это ни стоило. Во-первых, я теперь богатая женщина, а во-вторых, ничего более подходящего я все равно бы не нашла.

Наконец, мужчины обсудили все свои проблемы и вспомнили о моем существовании. Хозяин на довольно приличном английском языке рассыпался в комплиментах и извинениях за то, что заставил ждать столь очаровательную даму, нас усадили на низкий диван в углу магазина, тут же явились кофе, сладости и даже кальян. Из вежливости я данную экзотику попробовала, но как-то мне не показалось, и я попросила разрешения закурить свои, традиционные сигареты.

-Что желают приобрести уважаемые гости? – осведомился хозяин. – Украшения, сувениры, сервиз для кофе, кальян? Весь мой магазин в вашем распоряжении.

Серебряный сервиз – это круто. Но бесполезно. А вот недорогой серебряный бокальчик я бы приобрела. Поставить его на тумбочку у изголовья и пить из него минеральную воду. Красота и здоровье в одном предмете.

-Прежде всего я хотела бы купить сувениры своим родителям, - сказала я. – И их я уже присмотрела в вашем храме красоты, уважаемый бей-эфенди.

-Но вы же практически ничего не видели, уважаемая ханум!

-Боюсь, я не смогу провести остаток жизни в вашем магазине, - улыбнулась я. – Я бы хотела поближе посмотреть вон тот кулончик и те две фигурки.
-У ханум изысканный вкус, - сладко сказал хозяин, пока молчаливый продавец доставал требуемое. – Вещицы действительно прелестны. И сравнительно недорогие.

Он назвал цену – и я внутренне ахнула. Все-таки это серебро, а не платина, инкрустированная бриллиантами. Исмаил-бей наблюдал за мной с легкой улыбкой, потом решительно вмешался в беседу.

-Вещи, безусловно, дорогие, но…

Дальше он перешел на турецкий и беседа очень быстро стала довольно эмоциональной. Я было забеспокоилась, что они поругаются, но потом увидела, что эта словесная перепалка доставляет им ни с чем несравнимое удовольствие.

Господи, ведь действительно на Востоке просто не принято покупать что-либо, не торгуясь, это считается дурным тоном. Чем дольше и ожесточеннее торг, тем больше наслаждаются продавец и покупатель. Ну, так Аллах им в помощь.

Я откинулась на спинку дивана спокойно закурила следующую сигарету. Кофе тут тоже был отменным, торопиться некуда, попробую раз в жизни испытать настоящий восточный кайф.

Наконец, мужчины договорились и хлопнули друг друга по рукам. Исмаил-бей повернулся ко мне и сказал:

-Ну вот, платите ваши денежки, дорогая Фэриде-ханум. Я старался, как мог, чтобы вы не разорились.

И он назвал сумму, которая… была раз в пять меньше первоначально обозначенной цены. Тоже не копейки, конечно, но теперь цена по крайней мере соответствовала товару. Я полезла в сумочку за деньгами, причем хозяин удивленно приподнял брови.

-Ханум у нас – западная женщина, - с усмешкой пояснил мои действия Исмаил-бей. – Принимать подарки от меня соглашается, а вот сувениры родителям пожелала купить сама. За собственные деньги.

-А от меня ханум подарок примет? – осведомился хозяин.

-Попробуйте, - хмыкнул Исмаил-бей, но я видела, что эта мысль ему не претит и что подарок от хозяина магазина я принять вполне могу.

Самое забавное, хозяин пожелал подарить мне небольшой серебряный бокал для воды или вина, который я, собственно, уже заметила. Так что причин отказываться тем более не было. Только я успела сказать заранее выученное по-турецки «спасибо», как мой взгляд упал на… маленькую шкатулку, скромно стоявшую в уголке витрины.

Это была точная копия той, которую мне презентовал администратор ресторана. То есть – Олег.

продолжение следует...

Светлана БЕСТУЖЕВА-ЛАДА.

Оценить эту статью:          

 
Женский журнал



Copyright © 2004-2016 WomenMagazine.ru, Связаться с нами.
размещение рекламы в интернете