НАСТОЯЩИЙ ФРАНЦУЗ, ВЕРНЫЙ ДРУГ, ЗНАМЕНИТЫЙ КУТЮРЬЕ

Мода – это умение одеться так,
чтобы пройти по улице незамеченным.

Тем временем мать нашего героя видела своего сына не иначе как адвокатом. Ни о какой профессии модельера, портного или дизайнера одежды не могло быть и речи! Тогда юноша предпринял отчаянный шаг:

в семнадцать лет он сбежал из дома.

В Париж, естественно! Захватив с собой папку с рисунками и набросками платьев, Живанши сразу же направился к своему кумиру – знаменитому в то время господину Беленсиаге. Однако был попросту изгнан из его приемной слишком ревностно выполнявшей свои обязанности секретаршей. Отчаявшись, Юбер сначала подумал о возвращении в Бове, однако понял, что хуже этого быть уже ничего не может. И пошел работать к другому модельеру – Жаку Фату. Вскоре Юбер уже был стилистом в Доме Моды Фата и достиг определенного мастерства. Однако продолжал мечтать о знакомстве со своим кумиром. И знакомство состоялось. Только почему-то не во Франции, а… в Нью-Йорке! Там произошла их историческая встреча, во время которой Живанши признался, что не имеет специального образования и всегда мечтал поучиться мастерству именно у Беленсиаги. На что великий мастер ответил согласием.

«На многие годы он стал мне учителем или даже отцом. – Признавался позже Живанши, потерявший отца в двухлетнем возрасте. – Именно он показал мне, что такое настоящая техника шитья. Попав в его ателье и увидев все своими глазами, я понял, что не знаю вообще ничего! Да, у меня были идеи, но я никогда не учился технике. А ведь сделать красивый рисунок – это еще не все».

Ученик оказался благодарным – в данный момент Живанши работает над открытием в Испании, на родине Беленсиаги, музея своего учителя… А в годы зрелости всегда признавал, что именно Беленсиага сделал из него модельера. Да еще какого!

В 1952 году Живанши открыл собственный Дом Моды.

Многие богатые и знаменитые дамы пятидесятых - шестидесятых годов двадцатого века предпочитали наряды Givenchy. Дом Моды имел успех, имя кутюрье было знакомо каждому мало-мальски осведомленному человеку. Женщины обожали Живанши за то, что он обожал их. При этом она оставался неуловимым, окутанным тайной прекрасным Мастером: вроде бы все знали о его романах, и в то же время – никто и ничего конкретного… Как настоящий мужчина он всегда окутывал плотным покровом тайны имена своих возлюбленных. И это тоже подогревало интерес к его персоне.

Но пожалуй, в историю Юбер Живанши войдет все же как личный друг, модельер и как сказали бы сейчас – имиджмейкер - лишь одной женщины. Великой Одри Хепберн.

Помните то самое платье в фильме «Завтрак у Тиффани»?

Это было очень необычно для тех времен: модельер и актриса стали настоящим творческим дуэтом: он шил ей платья не только для светских мероприятий, обычной жизни, но и для фильмов. Она играла всегда в его платьях и делала рекламу Givenchy не задумываясь об этом… «Сегодня все построено на деньгах, а нас с Одри связывала дружба. Она никогда не потребовала бы с меня денег за то, что например, рекламировала мои духи» - с грустью вспоминает Живанши времена немеркантильных барышень. А отношения их, похоже, действительно были самой настоящей

дружбой между мужчиной и женщиной.

В нелегкие для Одри времена, когда она переживала свои разрывы и разводы, Юбер всегда был рядом. Он был настоящим другом: выслушивал ее жалобы, вытирал слезы, пек для нее пирожки и пытался ее рассмешить. Ей он посвятил свои духи – романтичный и сладковатый аромат ландыша с какими-то удивительными нотками бодрости и радости жизни. Он назвал их «Запрет». Запрет на грусть…

До сих пор остается загадкой – был ли между ними роман. Одри не оставила воспоминаний, скоропостижно скончавшись от рака, а Юбер умеет хранить тайны – порода, что ни говори… Он настоящий старый француз. И как положено настоящему французу, к старости он увлекся ландшафтным искусством, приобрел несколько загородных домов, где и проводит остаток своей жизни среди цветов, замысловато устроенных альпийских горок и подвесных вазонов…

Он оставил мир моды в 1995 году,

но продолжает оставаться в курсе событий. Считает современную моду несколько оторванной от жизни, а из нынешних модельеров уважает Армани. Естественно, подводит какие-то итоги прожитой жизни и позволяет себе философствовать. В частности, о преходящих ценностях: о славе, деньгах, роскоши… «Конечно, деньги способствую счастью. Но есть много богатых людей, которые увы… а ведь даже будучи несчастным, можно осчастливить других! Ведь мы счастливы, когда отдаем, а не когда получаем…»

Ирина КРАСНИКОВА